АКТУАЛЬНІ НОВИНИ

 
   

КОНТАКТИ
Інформація повинна бути вільною.
Посилання — норма пристойності.




При використанні матеріалів посилання на джерело обов'язкове. Copyright © 2018-2024.
Top.Mail.Ru


 Доброе имя надо произносить громко


17-03-2020, 16:00 |

Есть среди нас не совсем обычные люди — фанаты поиска: разыскной работы, цель которой — восстановить историческую справедливость, вернуть обществу незаслуженно забытые либо оболганные имена. К таким бескорыстным и дотошным искателям истины принадлежит, например, небезызвестный читателям «Вечерки» одесский краевед Михаил Пойзнер. Недавно он представил нам соратника по увлечению — Ванду Юрьевну Цуркан: урожденная одесситка, дочь писателя, она уже давно живет в Варшаве (ее мама — полька), но ее разыскания напрямую связаны с Одессой. Встреча с гостьей произошла в Золотом зале Литературного музея.

Из личного архива М. Пойзнера. Газета «Правда», посвященная спасению челюскинцев, с портретом Бориса Пивенштейна

«ПОЗДНО вечером, — это из записанного мною рассказа Ванды Цуркан, — папу проводили в изолированный блок, где папа увидел изможденного человека, который знал, что его привели сюда на казнь. И он попросил папу, сказал свою последнюю волю, поручение: чтобы папа нашел в Одессе его родных и передал им, что он себя ничем не запятнал в плену, и что все мысли его с ними; а если папа никого не найдет, то чтобы написал товарищу генералу Каманину в Москву, чтобы тот нашел его семью и, если надо, помог им. На следующий день того человека повесили. Позднее отец описал это в книге. Весь лагерь, особенно советские военнопленные, обсуждал смерть гвардии подполковника П. несколько дней.

После того как папу освободили из Маутхаузена (моей маме 103-й год, но она всё хорошо помнит и недавно рассказала), он прислал письмо. Это подтвердила моя старшая сестра. Папа еще в 1945 году из пересыльного лагеря, где пять месяцев проходил проверку, написал, чтобы мама нашла семью П., и мама пошла по указанному адресу, но там никого не было, выехали. В 1947-м папа получил орден Красной Звезды, так как в первый день войны сбил самолет, и встретился с генералом Каманиным, все ему рассказал о смерти заключенного: Пивенштейна.

Я начала переписываться с внуками товарищей отца. В 2017-м узнала, что папу, после выхода его книги в 1967-м, вызывали в КГБ; он Каманину послал свою книгу; тот передал ее жене Пивенштейна, она обратилась в военную прокуратуру, и папу вызывали, чтобы он подтвердил факт. Папа все рассказал и сказал, что советский офицер такого ранга, да еще еврей, из концлагеря живым бы не вышел.

Нигде не было информации о том, где он был казнен. Мы послали запросы, и нам ответили, что документы на Пивенштейна есть.

Книги Б.Пивенштейна и Ю.Цуркана
Книги Б.Пивенштейна и Ю.Цуркана

Еврей попадает в плен в районе Донбасса. Год и месяц его не казнят, затем он оказывается в гестапо Кенигсберга, его привозят в концлагерь. Повесили и затем сожгли в крематории.

Я начала поиск документальных свидетельств. В Интернете были диссертации, книги, патриотические форумы. О Пивенштейне содержались такие сведения: «Предатель, работал на немецкую разведку». И даже «эмигрировал в США».

Я принялась искать. Легендарный летчик, участвовавший в 1934 году в спасении экипажа челюскинцев, был известен во всем мире!».

...О ком идет речь? Нынче, благодаря разыскной работе Ванды Цуркан, эта история занесена на Интернет-ресурсы, а соответствующая статья в Википедии исправлена: герою-летчику возвращено доброе имя. Вплоть до декабря прошлого, 2019-го, года на погибшем летчике стояло клеймо предателя Родины; статья о нем в Википедии была выправлена лишь 10 января сего года.

ИМЯ реабилитированного героя — гвардии подполковник Борис Абрамович Пивенштейн (1909 — 16 мая 1944, концлагерь Штуттгоф).

Вот что пишет Ванда Цуркан в очерке, опубликованном на сайте Всемирного клуба одесситов (в прошлом году по случаю 110-летия со дня рождения Бориса Пивенштейна здесь состоялся вечер памяти, подготовленный Вандой Цуркан и Михаилом Пойзнером):

«Молодой летчик Юрий Цуркан окончил Школу военных пилотов, которая располагалась на аэродроме «Школьный» в Одессе. На второй день Великой Отечественной войны Юрий в одиночку атакует соединение вражеских бомбардировщиков и сбивает один из них... Фото летчика и сбитой вражеской машины опубликовали все центральные газеты СССР... В сентябре 1941 г., во время разведывательного вылета, самолет Юрия Цуркана сбит вражеским огнем с земли. Посадив горящую машину, потерявший сознание летчик попадает в плен к немцам... В июне 1944 г. Юрия и часть его товарищей отправляют в место, откуда не возвращаются. В концентрационный лагерь Маутхаузен в Австрии. Это лагерь высшей категории. Фабрика смерти».

Ванда Цуркан
Ванда Цуркан

Юрий Цуркан до этого содержался в концлагере Штуттгоф недалеко от Данцига. Именно там 15 мая 1944 года ему удалось в течение пяти минут поговорить с приговоренным к повешению Борисом Пивенштейном, привезенным из гестапо в Кенигсберге.

«Согласно свидетельству Юрия Цуркана, — сообщает теперь электронная энциклопедия, — Борис Пивенштейн, лагерный номер 34754, был казнен 16 мая 1944 года... Приводивший приговор в исполнение поляк Вацек Козловский, известный в концлагере своими зверствами, поразился спокойствию и мужеству Пивенштейна. По словам палача, «радзецьки льотник» (советский летчик) оттолкнул его и сам надел петлю на шею».

Сведения о Пивенштейне прозаик Юрий Цуркан, чудом выживший в лагерях смерти, включил в свою книгу «Последний круг ада», написанную в Одессе и вышедшую в 1968 году в издательстве «Маяк». Только эта книга и ничто другое служила порукой честного имени погибшего в концлагере летчика.

«В ноябре 2019 года Ванда Цуркан направила в Главную военную прокуратуру подробнейшее заявление об официальной реабилитации Б.Пивенштейна, — говорится теперь в Интернет-источниках, — с десятками копий документов из второго издания книги отца (вышло в 2017 году, Т.А.), в числе которых был представлен и «Cписок прибывших в лагерь Штуттгоф из гестапо в Кенигсберге 14 мая 1944 года», найденный ею в архивах концлагеря Штуттгоф. Седьмым в этом списке приведено имя Бориса Пивенштейна. А 4 декабря 2019 года получила «поразительный», с ее слов, официальный ответ: Борис Пивенштейн уже был реабилитирован 14 мая 1997 года в соответствии с «Законом о реабилитации жертв политических репрессий». Согласно письму прокуратуры, после принятия решения о реабилитации архивное дело в отношении Б. А. Пивенштейна было передано в Центральный архив ФСБ».

Вот так-то: «но в тишине, но в тайне». И чтоб никто не догадался. Спецслужбы не торопятся ни каяться в былых преступлениях, ни публично признавать собственные ляпы. Меж тем, после войны остались в живых сестра, брат Бориса Пивенштейна, и все эти годы в их семьях и семьях их потомков хранили молчание о знаменитом родственнике, на семьях негласно стояло позорное клеймо...

«ХОТЬ и говорят, что Историю пишут победители, все же с Историей шутить опасно, — сказал, представляя журналистам Ванду Цуркан, краевед Михаил Пойзнер. — История нанесет ответный удар, внезапный и сокрушительный. Смотрите: вот нашелся человек, усомнившийся в клейме, поставленном всемогущим Государством. Человек — не журналист, не писатель, не исследователь. Просто человек гражданского подвига. Юрий Цуркан и его дочь — люди, оказавшиеся способными пойти против тотальной клеветы, распространенной официозом и журналистами. Эти искатели истины сродни Сане Григорьеву» (герой популярного романа «Два капитана», если кто уже забыл или, увы, уже не знает, Т. А.).

Сведения, сообщенные писателем, летчиком, одесситом Юрием Павловичем Цурканом в его книге «Последний круг ада» (книга была в 1967 году наполовину вымарана цензурой, но сохранились рукописи) и затем в КГБ СССР, оказались решающими для реабилитации честного, оклеветанного имени. Причем, когда Ванда Цуркан подала собранные документы на реабилитацию (а она искала их в архивах Минобороны РФ, в архивах Германии, в Международной службе поиска, в обществе «Мемориал»), ее спросили: «Ваш отец видел, как повесили Пивенштейна?». «Нет», — только и могла ответить она.

Чтобы читатель представил себе, с какими трудностями был связан поиск, достаточно заметить, что, как она сама рассказывает: «Одноэтажное здание политотдела в Штуттгофе немцы подожгли перед отходом, документы, 180 единиц, сгорели. На таких, как Пивенштейн, на деле был дополнительный штамп — секретно. Сохранились лишь часть дел и списки прибывших и выбывших, которые хранились в комендатуре. Повезло, что сохранились списки с Пивенштейном».

«Папа писал через 20 лет после окончания войны, но память у него была феноменальная. Много неопровержимых документов я нашла. Даже проверила, когда отца отправили из Штуттгофа в Маутхаузен. Пивенштейна доставили 15 мая, а отца отправили 1 июня. Он так и написал в книге, что после казни Пивенштейна через несколько недель был отправлен в Маутхаузен».

...«Она решила проверить, есть ли документы на Бартоша Зимовита, человека, имя которого указано в списке прибывших после Пивенштейна. Он был арестован за то, что батрачил у немки и вступил с нею в связь. Нашлась его карта с пометкой, что он был казнен на следующий день. В 18.32 тело сожгли. Это весомое доказательство того, что 16 мая в лагере проводились казни», — написал журналист «Радио Свобода» Дмитрий Волчек в очерке «Казненный дважды. Что случилось с Борисом Пивенштейном?», опубликованном 6 августа 2019 года. Это было первое обнародование результатов розыска, предпринятого Вандой Цуркан, — розыска, который на тот момент еще не привел к установлению истины. «До сего дня в Википедии существует масса неточностей и придумок по делу Пивенштейна», — говорит Ванда Юрьевна. О себе же она сказала так: «Моя специальность — политэкономия, она приучает к дисциплине мышления, к работе с документом». Ванда Цуркан была выпускницей одесского «Водного», затем окончила Киевский университет и аспирантуру в Москве.

О верности факту, подтвержденному документом, сказала во время встречи в Литературном музее и его директор Татьяна Липтуга: «Музейщик — не интерпретатор. Для нас авторитет — документ: основа правды. Наш долг — хранить документы. Мы ничего не можем отменить из того, что было в прошлом. Дай Бог, чтобы оно научило нас — Будущему».

НО ЧТО ЖЕ случилось такого, чтобы летчик-герой, участник знаменитой экспедиции Героя Советского Союза Николая Каманина по спасению полярного экипажа парохода «Челюскин» в 1934 году, Борис Пивенштейн, награжденный за спасение челюскинцев орденом Красной Звезды; героический участник Великой Отечественной войны, командовавший штурмовым авиационным полком и эскадрильей, — вдруг был, в 1952 году, объявлен в СССР немецким шпионом, перебежчиком, власовцем, агентом ЦРУ и приговорен заочно к расстрелу с конфискацией имущества?

Это отдельная и трагическая история. Вот что говорится об этом деле в Интернет-источниках. «В 1943 году Германией была сформирована Первая восточная эскадрилья, в нее входили бывшие красноармейцы, сагитированные в лагерях, а также советские летчики, которые добровольно перелетели на сторону немцев (всё это далеко не просто: можно предположить, что среди «сагитированных» были люди, крепко обиженные Советской властью либо имевшие репрессированных родственников, Т. А.)... Русский состав эскадрильи насчитывал 79 человек. Среди летчиков гитлеровской эскадрильи были и незаурядные фигуры — например, Герои Советского Союза капитан Семен Бычков и Бронислав Антилевский. Особый интерес представляет... история майора Серафимы Ситник, кавалера орденов Красного Знамени и Отечественной войны... Большинство летчиков «Востока» оказались в руках СМЕРШа и были либо казнены, либо отправлены в ГУЛАГ».

Борис Абрамович Пивенштейн к Первой восточной эскадрилье не имел ни малейшего отношения. Уголовное дело было заведено на него МГБ СССР в 1952 году «под одну гребенку»: в разгар сталинской кампании борьбы против «безродных космополитов».

«Дело о реабилитации Пивенштейна было рассмотрено среди 150 тысяч подобных дел, — отмечает Ванда Цуркан, — и никто его дела не видел, никто на факте реабилитации не зафиксировался, ни историки, ни прокуроры».

«Пивенштейн Борис Абрамович вернулся в плеяду героев, — так заключила эту встречу с одесситами Ванда Цуркан. — Ему было 35 лет, когда его повесили, из них 18 он прожил в Одессе. Реабилитирован фактически через 75 лет после гибели в страшном концлагере. Последние его известные людям слова были обращены им к маме в Одессу: о том, что он ничем себя не запятнал. Это он сказал моему отцу».

Тина Арсеньева. Фото автора


Газета: Вечерняя Одесса
 

Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.